Искушение клонированием: 1. Искушение «верою в научно-технический прогресс»

Силуянова И. В. 4 апреля 2012
2852


23 февраля 1997 года на свет появилось первое в мире искусственное млекопитающее – овца Долли. За технологией, с помощью которой она была создана, закрепилось название "клонирование".
Само слово "клон" греческого происхождения и в буквальном переводе означает "отросток". Большая медицинская энциклопедия определяет: "Клон – совокупность клеток, возникших в результате вегетативного размножения одной исходной клетки". Классическим примером вегетативного размножения является размножение амебы, клетка которой делится, а каждая из двух образовавшихся делится вновь, образуя четыре, и так далее. В основе методики клонирования лежит модель размножения простейших организмов по типу "деление", при котором внутри клетки происходит деление генетического материала, а потом и самой клетки, что дает начало одинаковым "дочерним" клеткам, или генетически идентичным клеткам, совокупность которых биологи назвали "клоном".
Современная культура с понятием "клонирование" связывает технологию размножения живых организмов, в результате которой из одной клетки получаются генетически идентичные особи. Уникальная способность сохранения генетической идентичности при данном типе размножения составляет ее принципиальное отличие от других форм и методов искусственного размножения. Например, если с помощью искусственного оплодотворения in vitro осуществляется борьба за возможность возникновения жизни, то клонирование призвано "бороться" за возможность возникновения жизни с определенными качественными параметрами. Например, с параметрами тканевой совместимости "клона-донора" и "реципиента".
Мнения ученых-генетиков относительно технологической возможности клонирования человека сегодня не совпадают. К известному американскому профессору Р. Сиду, заявившему, что он готов приступить к опытам по клонированию человека, 6 марта 1998 года присоединились и российские академики Л. Эрнст и И. Кузнецов, которые на пресс-конференции в Государственной Думе заявили о технологической возможности клонирования человека. В тоже время профессор В. Тарантул, заместитель директора Института молекулярной генетики РАН, ставит под сомнение "чистоту" эксперимента Я. Вильмута – создателя овцы Долли, так как данный опыт, приведший к успеху лишь после 277 попыток, воспроизвести невозможно и "в настоящий момент в мире, кроме этой овцы, никаких клонированных из взрослых клеток животных нет. Возможно, эксперимент оказался удачным совершенно случайно" [1]. Сам факт низкой результативности опытов Яна Вильмута – 277:1 – свидетельствует для многих ученых лишь о невозможности клонирования позвоночных из дифференцированных клеток взрослых животных. Не выдерживает научно-методической критики и отсутствие серии экспериментов, наличие которой является первым необходимым и достаточным основанием признания открытия научным сообществом, представители которого со своей стороны должны подтвердить данные исследования своей серией экспериментов, выполненных по методике, предоставленной им автором открытия.
Тем не менее, несмотря на скептическую позицию многих, одно убеждение объединяет всех ученых. Это твердая уверенность в том, что если удастся добиться повторяемости эксперимента, то это будет настоящая сенсация! самое уникальное открытие не только XX века, но и всей истории цивилизации! самое выдающееся достижение научно-технического прогресса!
С последней оценкой нельзя не согласиться. Действительно, клонирование как технология по сути своей является достижением не столько науки, сколько научно-технического прогресса. "Разве это не одно и то же – наука и научно-технический прогресс?" – с полным основанием можно задать такой вопрос. В ответе на этот вопрос и заключается усмотрение сущности первого искушения клонированием.
Наука – это труд человеческого разума, стремящегося познать то, что его окружает и с чем связана его жизнь. "Христианство рассматривает науку как необходимый инструмент этой жизни" [2]. На протяжении 19 веков человек, развивая и совершенствуя свой разум как поистине божественную способность, пытался понять мир в согласии с духовно-нравственным законом, в согласии с чувством ответственности, совести и любви, различая добро и зло. К началу XX века, питаясь мощным энергетическим потенциалом христианских ценностей святости жизни, милосердия, делания добра, наука, в частности медико-биологическое знание, приходит к ликвидации постоянно угрожающих человечеству факторов риска – эпидемий, инфекционных заболеваний. Наука прошла громадное расстояние и разгадала множество тайн. То, что было непостижимым, становилось доступным человеческому разуму. Достижения медицинской науки снижали детскую смертность, исцеляли болезни и "исторгали из когтей смерти ее преждевременные жертвы".
Но в XX веке многообразие успехов науки, имевших место за двадцать веков истории европейской культуры, вводят человека в искушение "житейской гордостью", которое в современной цивилизации, "бесспорно, с особой силой и откровенностью проявляет себя в культе разума – разума, естественно, "ветхого человека" (Еф.4,22), то есть разума, являющегося рабом своих страстей (похотей). Этот разум провозглашается миром высшей инстанцией в решении всех проблем человеческих. Он требует подчинения себе всех сторон духовной жизни" (с. 147). "Это противоречит Истине!" – вот что было главным аргументом вплоть до XX века, когда понятие "Истины" соединяло в себе Жизнь в смысле ее возможности, Путь в смысле нравственных принципов Евангелия, и Творца – "Я есмь Путь и Истина, и Жизнь" (Ин. 14, 6). "Это ненаучно!" – стало главным аргументом в XX веке, оставляя на обочине прогресса и "Путь и Истину и Жизнь". Научно-технический прогресс – это служение человека идолу "Разума", провозгласившего себя всем, что человека окружает ("все действительное разумно, а все разумное действительно") и всем, с чем связана его жизнь ("я мыслю, следовательно, я существую").
Ю. Крелин, хирург-писатель, категоричен и, к сожалению, типичен в своей категоричности: "Я – за клонирование". Он оценивает клонирование как "выдающееся достижение Разума... Лишь радуюсь, что человечество достигло очередного рубежа постижения природы" [3].
"Научно-техническая прогрессивность" означает принятие и восхищение любым достижением разума. Даже в христианское богословие проникает культ разума в виде суждений типа: "любые достижения науки лишь прославляют Творца нашего разума".
Православие признает, что мир един и создан Единым Богом Творцом Вседержителем. Это является основанием допущения, что истины веры и конечные выводы науки не должны противоречить друг другу. Но это "идеальное" допущение не должно заслонять факта постоянной временности, условности "конечных", точнее, последних на сегодня, выводов науки. Если мы безоглядно примем клонирование как достижение научно-технического прогресса, не попадаем ли мы в ловушку принятия и приспособления к вере последних научных теорий? Не должны ли мы помнить, что наука в свое время, как всегда, уйдет вперед, и те, кто принимал "последние" достижения за "истину" и приспосабливался к ней, рискуют оказаться в конце концов ни христианами, ни учеными. Такая участь постигла, например, "верующих эволюционистов" [4].
Череда сменяющих, противоречащих, отрицающих друг друга "последних открытий", включая и тупиковые модели – это нормальный способ существования науки. В связи с этим, вряд ли можно согласиться с суждением, что "любые успехи науки лишь прославляют Творца нашего разума". Отнюдь не любые. Вряд ли прославят Творца нашего разума методики фетальной терапии, основанные на уничтожении 20-недельной человеческой жизни в утробе матери. Вряд ли прославят Творца нашего разума теории, отрицающие вектор времени и в то же время пытающиеся описать предполагаемые начало ("большой взрыв") и конец ("большой крах") мира. Вряд ли прославят Творца теории о происхождении жизни, основанные на разрушении (мутации) и смерти (естественный отбор). Велик перечень теорий, которые не только не "прославляют Творца нашего разума", но и вообще сомнительны в своих претензиях на истинность.
Вера в научно-технический прогресс основанием своим имеет действительные успехи преобразующего природу разума человека. Но ведь нельзя закрывать глаза и на падения преобразующего разума, которые поистине чудовищны в своей действительности. Это и изобретение ядерного, биологического и т.п. оружия массового поражения, способного уничтожить жизнь на Земле за весьма ограниченное время. Как это ни парадоксально, но падения преобразующего разума наиболее глубоки в современной биомедицине, призванной охранять человеческую жизнь. Заготовка "запасных" зигот [5] и их последующее уничтожение – условие процедуры искусственного оплодотворения. Отрицательные результаты пренатальной диагностики – еще одно мощное основание "показаний" для искусственного прерывания жизни. Превращение человеческих зародышей в фармацевтическое "сырье" является условием фетальной терапии.
Православное христианство не против науки. Более того, слова Спасителя: "Дела, яже Аз творю, и вы сотворите, и больше сих сотворите" (Ин. 14, 12),- православное христианство трактует как призыв к делам человеческим, в том числе и к развитию науки и научных теорий. Но не "любых", а лишь тех, как учит преподобный Нектарий Оптинский, которые "не портят нравственность".
"Человек двухсоставен, духовно-телесен, и его нормальное бытие невозможно без соответствующей гармонии этих двух начал... Уже по этой причине, в силу единства духовной и физической природ в человеке взаимосвязь религиозного и научного знания естественна и необходима" [6]. Разрыв этой взаимосвязи и приводит к возникновению феномена "полу-науки". Слова св. Василия Великого в "Беседах на Шестоднев" о "полу-ученых" его времени становятся все более уместными в наши дни: "Не имеют ли те, кто посвятил себя полу-науке, глаза сов, ибо зрение совы, проникающее сквозь мрак ночи, поражается великолепием Света" [7]. Ф. Достоевский говорит о феномене "полу-науки" почти в апокалиптическом тоне: "Полу-наука, – говорит один из его героев, – есть невиданный прежде деспот, деспот, имеющий своих собственных жрецов и рабов, деспот, перед которым всякий преклоняется с любовью и суеверным страхом, нечто до сих пор невиданное, перед чем постыдно дрожит и трепещет наука" [8]. Полу-наука максимально проявляет себя в современном научно-техническом прогрессе, деспотизм которого обусловлен отсутствием благоразумия, т.е. нравственной неполнотой разума.
Одним из проявлений этого "деспотизма" является вера в то, что научно-технический прогресс необратим, неизбежен, вечен, закономерен, не преодолим никем и ничем. Сама вера в научно-технический прогресс так сильна в современном человеке, что заслоняет собою вопрос о нравственной корректности той или иной поставленной наукой задачи, неизбежность и успех решения которой уже предопределены самой неизбежностью научно-технического прогресса. Например, член-корр. РАН А. Монин полагает, что научные исследования всегда шли и будут идти, любые запретительные попытки в отношении клонирования имеют ограниченный характер [9].
Современные естествоиспытатели в большинстве своем убеждены, что нельзя ограничивать науку. Почему нельзя? Потому что "прогресс науки остановить невозможно. Это не возможно ни инквизиторам, ни святым, ни КГБ и ФБР, ни парламенту и церкви. Прогресс науки – явление стихийное, подобное землетрясению" [10]. Действительно, ну разве можно остановить землетрясение?
Данное сравнение не совсем корректно. Действительно, наука изучает природные явления, в том числе и стихийные, которые не имеют связи с волей и разумом человека. Но в то же время наука – это "чистое" (вспомним Канта) воплощение разума и воли человека. Именно этим отличается наука от религии и веры. Именно этим и интересна. Именно этим же и опасна. "Нам необходимо постоянно помнить, что несмотря на свои многочисленные и несомненные достижения, наука является делом не безошибочным и делается грешными людьми" [11].
Воля и разум человека, не ограниченные нравственным законом, действительно могут быть равномощны стихийному бедствию, уничтожающему на своем пути все живое. Поэтому человек наделен Богом способностью предусматривать стихийные бедствия и по мере сил защищать себя от их разрушающего действия. В сейсмически неблагоприятных районах он строит дома по специальной технологии, выдерживает дистанцию между поселением и рекой, предусматривая ее разливы и т.д. и т.п. Одним из способов защиты от бедствий, которыми чревата наука как деяние человека, является соблюдение нравственного закона, который открывает в Откровении и призывает человека к исполнению в делании религия. Особенно значимо соблюдение нравственного закона для человека-ученого, например, медика, исследующего и изучающего человека. Требования нравственности к ученому, исследующему и изучающему человека и человеческую природу, должны быть намного строже, чем к ученому, исследующему просто тот или иной природный процесс или явление. Обладая разумом и волей, человек, в отличие от всей остальной естественной природы, может выбрать как должное (путь "облагорожения человечества"), так и не должное (путь своеволия, духовного отпадения, что само по себе и есть зло). Человек, идущий по пути своеволия наперекор естеству, "порождает противоестественное бытие – чудовищ, воплощающих в себе ставшее в бытии благодаря человеку зло" [12]. Возможность появления противоестественного бытия – чудовищ и уродств – неизбежное следствие несоблюдения нравственного закона при попытках преобразовать данную Богом естественную природу человека. Таким образом, выходя на путь социального признания научных достижений по клонированию человека, а об этом "выходе" свидетельствует политика, проводимая через такие телевизионные каналы, как ОРТ, РТР, REN-TV, общество должно быть готово к приему сотен, тысяч и т.д. уродцев.
Не будет ли это результатом того, что вера в научно-технический прогресс как для ученых, так и для многих людей, далеких от науки, в XX веке заменила веру в Бога? Не будет ли это результатом того, что человечество не смогло преодолеть искушения "похоти плоти", и обожествило Разум за то, что он согласился превращать "камни в хлеба" и обеспечивать человека всеми благами жизни? Главное отличие науки от "полу-науки" или "прогресса" в современной терминологии заключается в том, что он является действительно уникальным и самым мощным средством удовлетворения "похоти плоти". Вот и клонирование, как последнее достижение прогресса – это не просто еще одно свидетельство уникальных способностей человеческого разума. Средства массовой информации заверяют нас, что клонирование млекопитающих, как новая технология бесполого размножения, позволит в кратчайшие сроки создать новые породы скота, которые будут давать небывалые надои молока, невиданное количество мяса и при этом не будут требовать обременяющего человека ухода за ними. А клонирование человека наконец-то удовлетворит "похоть плоти" в ее самой сильнейшей страсти – бесконечного продления состояния "похоти плоти".
Православное христианство не против науки. Перед богословами, верующими учеными и философами стоит непростая задача преодоления ложных стереотипов общественного мнения, среди которых – известный атеистический тезис о несовместимости науки и религии, веры и разума. Святитель Филарет, митрополит Московский, освящая в 1837 году храм св. муч. Татианы при Московском Императорском университете, говорил: "Видно, что религия и наука хотят жить вместе и совокупно действовать к облагорожению человечества" [13].
Для религиозной философии нравственное самоизмерение науки – гарантия ее благоразумия. Сторонники "безбожной" науки, как правило, отметают нравственные аргументы воцерковленных людей, называя их реакционерами, врагами науки, мракобесами. Кстати о мракобесии. Давно назрела необходимость разобраться с этим ходовым понятием и раскрыть глаза людей на очень интересный вопрос: "Кто есть кто?" В христианских представлениях бесы – духи зла, "враги невидимые" рода человеческого, антагонисты Троицы и ангелов [14]. Противники нравственной позиции Православной Церкви в своем противостоянии Церкви явно не на стороне " Троицы и ангелов". Так кто же в таком случае мракобес? Нельзя не согласиться с о. Андреем Кураевым – "наша брань не против науки. Мы просто хотим, чтобы использование достижений науки было либо человечным, либо – никаким" [15].


1. "Люди", март 1998, с. 36. 12
2. А.И.Осипов. Путь разума в поисках истины. М., 1997, с. 146.
3. Клонирование человека. "Известия", № 10, 21.01.1998.
4. В. Мосс. Православный подход к науке. "Православная жизнь", № 8, 1995, с.18.
5. Зигота – биологическая клетка, образующаяся в результате слияния двух половых клеток – гамет в процессе оплодотворения.
6. А.И Осипов. с. 145.
7. В. Мосс. с. 2.
8. "The Devils", Harmondsworth: Penqium books, 1971, р. 257.
9. А. Монин. Душа генетически не обусловлена. – "НГ-наука", №1, сентябрь 1997.
10. М. Стуруа. Доктор Сид – Галилей или Кеворкян? "Московский комсомолец". 15.01.1998, с. 3.
11. В. Мосс. Православный подход к науке. "Православная жизнь", №8,1995, с.180.
12. А. Н. Павленко. Бытие у своего порога. М., 1997, с. 52.
13. Свет Христов просвещает всех. М., 1996, с. 4.
14. С. С. Аверинцев. Бесы. Мифы народов мира. М., 1980, т. 1, с. 169.
15. Дьякон Андрей Кураев. Наша брань не против науки. – "Православная беседа", №2, 1998, с. 30.



Библиотека

Помоги ближнему...

Работа портала «Православие.By» осуществляется по благословению Высокопреосвященного митрополита Филарета, почетного Патриаршего Экзарха всея Беларуси. Сайт не является официальным приходским или церковным изданием. Белорусский православный информационный портал «Православие.By» ставит перед собой задачу показать пользователям интернета истинность, красоту и глубину Православия. Если вы хотите задать вопрос или высказать свое мнение по поводу сайта или статей, напишите нам, воспользовавшись почтовой формой. Обратная связь.

© 2003-2020 Православие.By - белорусский православный информационный портал. Мнение авторов материалов не всегда совпадает с мнением редакции.
При перепечатке ссылка на Православие.by обязательна.
Православное христианство.ru. Каталог православных ресурсов сети интернет