Стихи. Поэмы. Мистерии. Юрали.: МИСТЕРИИ

Преподобномученица Мария (Скобцова) 13 января 2014
1593

АННА


ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ


Монастырь. Трапезная рядом с церковью. Очень чисто и бедно. Столы, около них скамьи. Из церкви доносится пенье. Потом пенье смолкает.

Явление первое

В трапезную входят архимандрит, два монаха, игуменья и монахини, среди них Анна; и Павла. Молча размешаются за столами.


Архимандрит

Как полагается нам по уставу,

Молитвою решенье предваряем.

Пора нам приступить.


Игуменья

Благословите

Чайком попотчевать.


Архимандрит

Монахи знают

Еще другой устав, — о чаепитье.

Оно для них всегда в благое время.

Так, что ль, отцы?


1–ый монах

По слабости житейской

Разрешено нам это утешенье.


Игуменья

Чем Бог послал, пожалуйте откушать.


Архимандрит

Мы к чаепитью не сейчас приступим.

Сначала все дела. Узнать нам должно

Все, что сестер обители смущает.

Пусть мать игуменья подробно скажет,

В чем тут вопрос.


Игуменья

Отец архимандрит,

И вы, отцы, возлюбленные сестры,

Наверно, мы пред Богом согрешили,

Что попустил Господь врагу над нами

Нежданно власть иметь. Нет больше мира

В обители смиренной. Мы не сестры,

А будто заговорщицы какие:

Друг друга только в зле подозреваем,

Злорадствуем, коль это зло наружу

Нечайно выплывет. Прощать обиды

Как будто разучилось сердце наше.


Архимандрит

С чего же завелось такое дело?


Игуменья

От разговоров, праздной болтовни.

Одна сестра одно имеет мненье,

Сестра другая с нею не согласна.

В чем разница, — Господь их разберет.

А между тем обитель разделилась:

Порой и до вражды доходит дело.

Но лучше допросите вы виновных, —

Я, право, пересказчица плохая.

Вот две сестры. Обеим я велела

Все изложить пространно на бумаге.

За Павлу будто вся обитель нынче.

У Анны речь ясна. Не ясно только,

К чему ведет.


Архимандрит

Пусть начинает Павла

Повествовать нам о своих делах.


Павла

Я написала все. Благословите

Прочесть вам.


Архимандрит

Ну, читай, коли не длинно.


Павла

Инок, — от слова: иное.

За монастырской стеной

Нету ни стужи, ни зноя,

— Есть лишь безмолвный покой.


В мире борьба и утраты,

Вечно в страстях он горит.

Мы лишь бесстрастьем богаты,

Мы, — за бронею молитв.


Пусть оградит нас от мира

Сторож суровый, устав.

У корня Господня секира,

И наказующий прав.


Ладанный дым и лампады.

Пение древних псалмов, —

Звенья незримой ограды,

Меж миром и иноком ров.


Перебираем мы четки,

Сладкое Имя твердим,

День наш, земной и короткий,

Исчезнет, как ладанный дым.


Здесь я живу для спасенья

Моей многогрешной души,

Для послушанья, смиренья,

Для жизни в уставной тиши.


И не могу расточать я

Скупо отмеренный срок,

И не открою объятья

Любому за то, что убог.


Страшно растратить мне время.

Слышу призыв: поспеши.

Одно принимаю я бремя:

Моей многогрешной души.


1–ый монах

Благочестиво.


2–ой монах

И смиренья много.


1–ый монах

О Господе твоя святая ревность.


Архимандрит

Знавал я одного архиерея:

Бывало молодых учил монахов:

Локтями продирайтесь в Божье Царство.

Все остальное, — временно и тленно, —

И уступайте все без сожаленья.

Лишь к вечному всегда ревнивы будьте, —

Локтями пробивайте путь.


2–ой монах

Мудрейший,

По–видимому, архипастырь был.


Архимандрит

У Анны, видимо, другие мысли?


Игуменья

Ее спросите.


Архимандрит

Что ж ты возрекаешь?

Как мыслишь ты об иноческом деле?


Анна

Нет, не какойто безлюдный пустырь, —

Мир населенный — вот монастырь.


Нету границы и нету ограды

Для вечно цветущего Божьего сада,


Чем счастлив, чем полон смиренный монах?

Тем, что лопата он в Божьих руках.


И ходит по миру предвечный садовник.

И в розы творит он колючий шиповник.


Садовник — Господь, потрудиться дозволь,

Чтоб радость цвела, чтобы вянула боль.


Чтоб душу за каждое Божье растенье

Мы отдавали без сожаленья.


Вы вопрошаете: что есть монах?

Труба громовая он в Божьих устах, —


Господь отшвырнет ее — будет немая.

Инок — навоз для Господнего рая.


Архимандрит

Да, матушка игуменья права:

Занятно очень, — непонятно только.


1–ый монах

И соблазнительно.


2–ой монах

Возможны даже

Такие толкованья этой речи,

Что чувствую как бы мороз по коже.


Архимандрит

По справедливости решать должны мы,

Все обсудив, все стороны проверив.

Речам не будем, братья, поддаваться,

Пока дела пред нами не престанут.

Пусть мать честная нам теперь расскажет

Про жизнь своих сестер.


Игуменья

Скажу про Павлу.

Исправно совершает послушанье.

Церковница она. Весьма прилежна

К псаломщицкому делу. Все читает,

Поет по будням и блюдет устав.


Архимандрит

В монастыре ты уставщицей, значит?


Павла

Так матушка меня благословила.

Но и помимо послушанья, сердце

Меня к словам Божественным влечет.

Такая красота в святых молитвах!

Такая слаженность в свершеньи службы!

Таят в себе священные страницы

Славянского узорного письма

Сокровища премудрости церковной.

За букву каждую я дать готова

Все искушенья мира.


Архимандрит

Понимаешь

Ты все, что в церкви надобно читать?


Павла

Как ограниченный рассудок может

Премудрость необъятную вместить?

Но в непонятном, — будто отблеск тайны.

Читаю я, — Господь же все поймет.


Игуменья

Должна сказать; не пропустила службы

Она с тех пор, как в монастырь вошла.


Архимандрит

А как прилежна Анна?


Игуменья

Очень часто

Иные послушанья отвлекают

Ее от служб церковных. Очень трудно

Делить меж разными делами время.

Нежданно заболеет богомолец,

Или простудится сестра какая,

Зеленых яблок дети наедятся,

Иль в деревнях соседних лихорадка

Скосит работников, — ее уж дело

Заботиться о всех больных.


Архимандрит

С постами

Достаточно ли строгости у вас?


Игуменья

В монастыре мы соблюдаем строго

Все, что повелено нам по уставу.

Но если сестрам отлучаться надо,

То вне обители не те законы.


Архимандрит

А часто отлучаются?


Игуменья

Нет, Павла

Не покидает никогда обитель.

У Анны много дела в селе соседнем,

И в городе она бывает часто.


Архимандрит

Не нахожу серьезной я причины

Безоговорочно решать ваш спор.

В святое послушанье вы вмените

Терпеть друг друга.


Павла

Если я права,

То значит Анна виновата. Если ж

За нею правда, — я грешна пред Богом.

Но только знаю я, — не могут вместе

Противоположные две правды быть.


Архимандрит

Ты Анну обвиняешь?


Павла

Нет, не смею.

Не полагается мне обвинять сестру.

Я только знаю, — с нею мир ворвался,

С своими язвами, и с гноем, с кровью,

И со страстями, и с бедой своею.

Все замутил, все загрязнил, встревожил.

Коль монастырь обуреваем бурей,

Куда бежать, где тишины искать?


Архимандрит

Ты, бурная, что ей ответить можешь?


Анна

Я не ищу ни тишины, ни бури,

Но если в мире тяжело живется, —

Пусть будет тяжело в монастыре.

Мы крест мирской несем на наших спинах.

Забрызганы монашеские рясы

Земною грязью, — в мире мы живем


Павла

Чин ангельский уводит нас из мира.


Анна

Коль Божий Сын людьми не погнушался

И снизошел до перстной нашей плоти,

То нам ли чистотой своей гордиться?


Павла

Мирская ты, — и уходи в свой мир.


Архимандрит

Я, повторяю, не хочу судить вас:

Различные пути дает Владыка,

Лишь он сердца людские испытует.

Но мир сестер я охранять обязан.

А потому мое решенье будет

Считаться лишь с одною общей пользой.

И Анне, крепко связанной с землею,

Теперь даю святое послушанье:

Иди. Там, за оградой монастырской

На все четыре стороны дороги,

Любой иди. Потщись себя проверить.

И если ты в пути сломаешь крылья,

То возвратишься, жаждая покоя,

Склонишь главу и скажешь нам: покорность.

Но может быть иначе. Мы не знаем.

Лишь Подвигоположник знает тайны.

Он ведает, зачем такою создал

Тебя, не схожей с образом привычным

Монашества. Веками существуют

Монашеские правила, обеты.

И нам не полагается менять,

Что было установлено отцами.

Господь спаси тебя.

Иди же с миром.

(Анна крестится, кланяется на все стороны и уходит. Молчанье. Звон к трапезе. Вносят чай и еду).


Игуменья

Во время трапезы благословите,

Отец честной, читать Четьи Минеи.

Очередная чтица ждет.


Архимандрит

Во Имя

Отца и Сына и Святого Духа.


Чтица

Из пустыни Нитрийской во град Константина

Кораблем был доставлен Виталий — монах.

Не покрыты плащом, развевались седины,

Не имел он сандалий на пыльных ногах.

Корабельщики дали ему пропитанье,

Чтоб носил на корабль отправляемый груз.

Так средь шума кончал он земное скитанье,

Раб Виталий твой верный, Господь Иисус.

Средь толпы моряков, веселящихся женщин,

Среди торга дневного, полуночных драк,

Был он вечно смирен, молчалив и застенчив.

Вечно холоден, голоден, грустен и наг.

От приморских трущоб возвращаясь с работы,

Остановлен был падшею женщиной он.

И она шла домой с неудачной охоты.

Сотворил он смиренно земной ей поклон.

Этой ночью никто не купил ее тела,

И Виталию тихо сказала она:

"Я с утра ничего не пила и не ела.

Дай немного мне хлеба и кружку вина"…


Архимандрит

Кончай читать, сестра. Уже мы сыты,

И правило вечернее пора нам

С сердечным умиленьем совершать.

В Господень храм сейчас идите с миром

Благодарить Творца за то, что кончен

В монастыре тяжелый час соблазна.

За Анну — путницу мы вместе будем

Горячие моленья воссылать,

Чтоб ей сподобиться конец дороги

Средь света незакатного увидеть,

За всех сестер, за мать честную вашу,

За мир обители, за хлеб насущный

Молитвенно подымем голоса.

(Все уходят молча в церковь).


ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Постоялый двор. Большая комната. На столе тускло горит лампа. У стен нары, покрытые соломой.


Явление первое

Сидят на скамьях и на нарах 2 богомольца, 2 матери с детьми, два парня, Анна.


1–ая мать (качает плачущего ребенка)

Что ты плачешь? Что не спишь?

Волны в реках задремали,

Поле спит и в небе тишь.

На луга туманы пали.

В конуру забился пес,

Дремлет, стоя, конь в конюшне,

И не слышен скрип колес, —

Спи, Ванюшка непослушный.

Старый дал краюху мне,

Бабы вынесли полушку…

Что ты мечешься во сне?

Как угомонить Ванюшку?


Анна

Ты завяжи ему живот теплее,

— И он утихнет.


1–ая мать

Так всю ночь орет.

И выспаться не даст. А утром снова

В дорогу надо на пустой желудок.

Эх, жизнь проклятая!


Анна

Давайка Ваню,

— Сама же спать ложись, — а мне не спится.

(Берет ребенка, поет).

Заранее чует утраты

Детское сердце твое.

Все мы бедою богаты,

Только не плачем, — поем.

В мире мы нищи и наги,

Отлучены от небес,

Но помня о славе, о благе,

Несем нам ниспосланный крест.

(Ребенок засыпает).


1–ый богомолец

Кусок хороший хлеба, перья луку

Да кружечка кваску. Потом в дорогу.

При лунном свете выходить не страшно.

По холодку до утра отмахаем

Не мало верст.


2–ой богомолец

Поспеем мы к обедне.


1–ый богомолец

А отдохнуть к полудню соберемся.


Анна

Вы долго так в пути?


1–ый богомолец

Я со счета сбился, —

Да почитай четвертую неделю.


2–ая мать

(у которой подрались дети. Крик).

У, проклятущие! Нет угомона

На этих пострелят!


1–ый ребенок

Он начал первый.


2–ой ребенок

Неправда, он меня по уху треснул.


1–ый ребенок

А он меня ударил по затылку.


2–ая мать

Вот я обоих вас сейчас ударю,

Как вам еще не снилось никогда. (Бьет их. Крик).


Анна

Оставь их.


2–ая мать

Ты откудова взялася, З

ащитница непрошенная детям?


1–ый парень

Нет, брат, свою ты пользу упускаешь.

Из верных делов верное. Входи–ка

Четвертым в часть. Тебя мы не обидим.


2–ой парень

Не очень я к таким делам привычен.


1–ый парень

Лиха беда начало. Ты за пояс

Всю нашу тройку запросто заткнешь.


Явление второе

Входят с котомками 2 странника, две женщины и Скиталец.


1–ый странник

Мир всей честной компании.


1–ый богомолец

Вам также.


2–ой странник

А что, для нас местечка не найдется ль?


2–ой богомолец

Как не найтись? Уляжетесь на нарах.

А нам уж скоро выходить в дорогу.


1–ый странник

Устроимся легко мы.

Только с нами

Один чудак,

— Господь его поймет.

Испорченный иль просто полоумный.

Его устроить как?


Анна

Что с ним такое?


1–ый странник

Пугал нас всю дорогу небылицей.

Как будто бы уж многие столетья

Он на земле живет. И срок подходит.


Женщина

Чегото он боится.


1–ый странник

Иль попутал

Его лукавый враг, иль одержимый.

(Все размещаются. Богомольцы готовятся уходить, складывают котомки. Женщины устраиваются на нарах с детьми и засыпают. Анна отдает уснувшего ребенка).


1–ый богомолец

Вот петухи поют. Пора в дорогу.

Господь храни вас.


1–ый странник

С Богом, по прохладе. (Богомольцы уходят).


Явление третье

Два странника, два парня, Анна и Скиталец.


2–ой странник (к Анне)

Так вот что, добрая душа, попробуй

Ты старичка расшевелить немного.


1–ый странник

Расшевелим

Его мы двое. Только не мешайте. (К Скитальцу).

А ваш откуда будет путь, почтенный?


2–ой парень

Тут слух пошел, про вас довольно странный:

Как будто вы особым долголетьем

Владеете.


1–ый парень

Так будьте так любезны

Открыть нам ваш секрет, а мы заплатим.


1–ый странник

Да вы над ним глумиться сговорились.

Нет, этого не допущу я.


1–ый парень

Сам ты Просил заняться им.


1–ый странник

Да не тебя.


1–ый парень

Ну вас, Божьи дурачки! Охота

Терять с такою мразью время. Лучше

Еще часок всхрапнуть.


2–ой парень

Вот это дело.

Идем на сеновал, на свежий воздух.

(Уходят).


Явление четвертое

Два богомольца, Анна и Скиталец


1–ый странник

Будь милостива, матушка родная,

И обласкай больного старика.


2–ой странник

Не болен вовсе он, — им дух владеет.


1–ый странник

С ним третий день идем одной дорогой.

Сначала он молчал, и только ночью

Как будто в полусне разговорился.

Не нашей крови он. Забрел, скитаясь,

Из дальних стран, на острове рожденный.

Он в Индии жил долго, там, где змеи,

Послушные таинственной свирели,

Весною на лугу зеленом пляшут,

Где жемчуг раковины берегут,

Где, бархатом и золотом покрыты,

Слоны везут заморских королей,

Где вместо ржи — тростник, дающий сахар,

И не картошку — земляной орешек -

Выкапывают осенью в полях.


2–ой странник

Не в этом дело. Где он только не был.

Все в поисках. Что ищет — непонятно.

Всего ж невероятнее, что будто

Не сорок лет, не пятьдесят — столетья

Живет он, коль ему поверить можно.


Скиталец (про себя)

В пору цветения лип,

В давно миновавшем июле,

Я все получил, — и погиб,


К концу мои дни повернули.

В пору цветения лип,

Грядущею ночью, — расплата.

И в горле клокочущий хрип,


И в легких дыхание сжато.

Вот он, последний июль.

Липы цветут в отдаленьи.

За эти часы не найду ль

Того, кто Скитальца заменит.


1–ый странник

Ты слышишь?


2–ой странник

Можно ли понять безумца?


Анна (к Скитальцу)

Июль в начале. Липы расцветают.

Чего боишься ты? Какие сроки

Тебе цветенье лип напоминает?


Скиталец (как бы приходя в себя)

Оставь меня. Вниманием докучным

Не воскрешай обманчивой надежды.

Молчать мне лучше, чтоб не видеть снова,

Как человека искажает ужас.


1–ый странник

Вот видишь, видишь.

Даже слушать жутко.


Анна

Уйдите в сторону.

Одних оставьте Скитальца и меня.


2–ой странник

Вот это дело.

Поговори с ним.

Мы же ляжем спать. (Уходят в угол).


Явление пятое

Анна и Скиталец


Анна

Не знаю я, старик, каким веленьем

Я вынуждена выслушать тебя.

Но думаю, что той же тайной волей

Ты вынужден мне рассказать о всем.

Так говори.


Скиталец

В июле ночи кратки.

Случится все сегодня до рассвета.

Спешим, спешим. Последний срок подходит.

Я задыхаюсь. Трудно говорить мне.

На договор и вслух его прочти.


Анна (читает)

Сей договор был заключен

По доброй воле. Он — закон.

Он будет в силе триста лет.

Тебя избавлю я от бед.

Богатство дам и славу дам, —

Но все мы делим пополам.

Ты на земле получишь власть.

А после смерти должен впасть

Как плод созревший в руки мне.

И мучиться века в огне.

Тебе протягиваю длань. —

Даю великодушью дань:

Себя ты можешь заменить.

А я закон сей применить

К любому, кто согласен с ним

И кто пойдет путем твоим.

Итак. Пройдет три сотни лет. —

И дашь ты мне тогда ответ:

Твоей душе или иной

От жизни в смерть идти за мной.

За триста лет ты не спеша

Отыщешь, где скорбит душа.

Могуществом пленишь ее.

Я получу то, что мое.

Как нужно, подпись приготовь.

Твоим чернилом будет кровь.


Анна

Когда же срок?


Скиталец

В июле… Этой ночью. (Молчанье).


Анна

Давай молиться вместе.


Скиталец

Не умею


Анна

Так кайся же.


Скиталец

Душа моя мертва.


Анна

Что ж делать?


Скиталец

Женщина, тебя я вижу

Средь нищеты. Одета ты в отрепье.

Лишь захоти, — несметные богатства,

Сокровища, которым нет цены,

Твоими будут. Города из камня

Белейшего, невиданного плана,

Сады, где пальмы, с кипарисом рядом,

Где гроздья винограда, как янтарь.

А в сундуках тяжелые каменья,

Алмазы, жемчуг, дорогие ткани,

— Лишь захоти.


Анна

Не нужно мне богатства.


Скиталец

Твоею волею народы будут

Друг другу объявлять войну и гибнуть.

Твоею волею и война смирится.

И матери детей своих научат

Шептать с любовью благодарной имя

Той, кто от бед их защитила. Властью

Твоею будут изданы законы.


Анна

Не надо. Я от власти не пьянею.


Скиталец

Ты будешь молода еще не долго,

Но молодость века сберечь ты сможешь,

Поэты красоту твою прославят,

За взгляд твой воины пойдут на подвиг,

Свободный отречется от свободы.

Любовь твоя, — для них одна награда.


Анна

Мне даже не обидно слушать это,

— Так ты далек от мира моего.


Скиталец

Подумай. Скоро ты придешь к закату.

Смежишь глаза. Уйдешь с земли любимой.

А я тебе дарую долголетье.

Из чаши жизни будешь пить спокойно,

Не торопясь, не отрываясь страхом.

И только через триста лет, насытив

Все помыслы и все желанья сердца,

Комунибудь дар страшный передашь.


Анна

Оставь меня.

Ты сам наверно понял:

Без отклика твои слова.


Скиталец

Да, понял.

Ни разу сердце не забилось быстро,

Не перехвачено твое дыханье,

Ни разу не шепнула ты: хочу.

А срок подходит…


Анна

Отчего сейчас, ты

О заместителе своем подумал?

А эти триста лет прошли беспечно?


Скиталец

Все триста лет искал я в мире целом.

Я в тюрьмах был, средь осужденных на смерть.

В последнюю минуту обещал я

Их увести тайком чрез подземелье.

Они кидались с плачем на колени

И благодарно целовали руки,

Пока я им не говорил о плате.

И с ужасом внезапным отшатнувшись,

Из двух дорог предпочитали плаху.

Да что? Ведь я бывал средь прокаженных,

Средь погребенных заживо в больницах,

Искал я голодающих детей

И матерям их предлагал богатства.

Я приходил к разбитым полководцам,

Манил их славой, лавровым венком, —

Никто не согласился на расплату.

Вот срок настал… Ты непреклонна, Анна?


Анна

Ты виноват…


Скиталец

Но, Анна, я страдаю, —

Нет в мире муки большей, чем моя.


Анна

Послушай… Я подумала… Решила…

Садись. Возьми перо, клочок бумаги

И запиши мое условье точно.

Ни золота, ни серебра,

И ни полей, и ни садов,

И ни рабов, и ни дворцов,

И никакого я добра

Не принимаю.

Не буду войны объявлять,

Не буду мира заключать,

Противна мне господства страсть,

Над братом никакую власть

Не принимаю.

Я обещалась побороть

Земную, грешную любовь.

Не закипает в сердце кровь.

Все, чем прельщает душу плоть,

Не принимаю.

И если б ныне дух мой мог

Расстаться с телом, — он готов.

Я не хочу твоих веков,

И этот долголетний срок

Не принимаю.

Но заплачу я за тебя,

За душу душу дам в обмен.

Приму на веки вражий плен,

Спасу тебя, себя губя.

И подпись: Анна.

(Берет у него бумагу и расписывается на ней. Молчанье).


Скиталец

Ты, Анна, ты…


Анна

Теперь твой час молиться

И каяться. Последний срок приходит.


Скиталец

Да, каменное сердце растопилось.

Как воск, оно в груди блаженно тает.

Глаза прозрели. Вижу грех свершенный

И в ужасе от пропасти бегу я. Ты, Анна, ты…


Анна

Светает… Срок подходит…


Скиталец

(молитвенно, сбиваясь, почти без сознанья)

Господь мой, я тебя благодарю…

Нет, покаянье, — не благодаренье…

Не покаянье, — за нее молю -

Прими мое предсмертное моленье.

Нет, каюсь, каюсь, каюсь. Сладко мне.

Грудь разрывается огнем на части.

Я в преисподней был, я был во тьме.

Теперь она, не я, во вражьей власти.

Прошу… благодарю… Нет больше сил…

Ворота в вечность, шире распахнитесь.

Вот страшный срок настал, мой час пробил.

Живые души, — все о нас молитесь.

(Умирает).


ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ.

У монастырских ворот. Низкие облака. Скоро рассвет.


Явление первое.

Анна (входит, оглядываясь).

Недавно я покинула обитель,

А кажется, что океаны лет

Над головой моею отшумели…

Не буду сразу я сестер тревожить, —

Пусть колокол ударит к ранней службе,

И отопрет привратница ворота…

Как будто я у цели. Все же не верю,

Что буду за оградой монастырской,

Что там меня отыщет смерть. Все ближе,

Все неотступнее она за мною, —

Как за лисицею в лесу собака.

Ударит час. Костлявою рукою

Она горячее мне сердце тронет.

Окаменит все тело… Иль боюсь я?

Без страха думала о смерти раньше,

Скорее с радостью, как земледелец,

Собравший к осени весь урожай.

Пора труда тяжелого минула,

Усилья дали плод. И жатва — праздник.

Теперь мне страшно. Мысль моя о встрече.

Он ждет меня, невидимый противник,

Ревниво сторожит он час мой смертный.

Пусть не тревожится, — не отрекусь я.

Душою заплачу сполна за душу.

Но есть соблазн, — искать себе замену,

Как тот, несчастный, триста лет искал…

Быть может, что в последнюю минуту

Мне встретится больной или голодный,

И сам попросит, как о подаяньи…

К монастырю я во время вернулась:

Ударит колокол, — и постучусь я,

И доползу до паперти церковной,

И лягу, чтобы больше не вставать.

Усталость смертная…

Явление второе.

Входит слепой Василий и Поводырь.


Василий

Я не с тобою, —

Я сам иду, и мне тебя не надо.


Поводырь

Ишь, расшумелся как.

А я ведь пользу

Огромную тебе принесть могу.


Василий

Уйди. И пользы мне твоей не надо. (Садится и поет).

Васенька, Василек,

Костяной костылек!

Для людей дурачок!

На скамеечку прилег!

Ой–да на скамеечку!

Засветил огонек,

Свечечку в копеечку!

Побасенка–басенка!

Василечек, Васенька!

Васенька, Василек!

Пред людьми дурачок!

Перед Богом свечечка,

Свечечка в копеечку!

Василий Блаженный, —

Мощи нетленны.


Поводырь (к Анне)

Ты ждешь, когда ударят к ранней службе?


Анна

Да, жду.


Поводырь

Ты этой службы не дождешься. Пора.


Анна

Тебя ждала я тоже. Знаю,

Что время умирать мне наступает.


Василий

Серая утка, Желтый гусенок.

Басня прибаутка.

Васенька, Васенок, В

асенька, Васютка!


Поводырь (к Анне).

Не торопись. Все изменить могу я.


Анна

Но не отказываюсь я.


Поводырь

Подумай.

Переписать условья на другого

Еще есть время.


Анна

Что твое — твое. Но моего я уступать не стану.

Душой сполна за душу получай.


Поводырь

Василий, подойдика и не бойся,

И с женщиною этой побеседуй.


Василий

Я не боюсь. А вот тебе не страшно ль?

Вдруг птичка улетит из западни.


Поводырь

Брось дурака валять,

Василий, слышишь?


Василий

А ты уйди, — я сразу поумнею.

Лишь на тебя взгляну, — и простокваша

В моей башке как будто перекисла


Поводырь

Дурак калечный.


Анна

Тише, тише, Вася.


Василий

Дядька тянет репку,

Репка, держись крепко.

Тетенька, держись!

Нечистая сила — сгинь!

Нечистая сила, брысь!

Тетка, держись крепко!

Аминь, аминь, аминь!


Анна

Да, Вася, крепкие у репки корни, —

Земные недра держат их упорно


Василий

А ты за мною повторяй:

Для Анны, грешной

Божьей дщери

В зеленый сад, в Господень рай,

Пошире отворяйте двери.

Не яблоньки там, не дубки, —

Цвет купины неопалимой.

Не бабочки, не голубки, —

Пылающие херувимы.

Я слеп, — а все же видно мне. —

С мечом Архангел стал на страже.

Он поразит, — и враг в огне,

И нету больше силы вражьей.


Анна

Нет, ты не знаешь, Вася. Он могуч.

Он вправе праздновать. По договору

Должна душой за душу я платить.

Ни на одну овцу Господня стада

Не умалила я, себя извергнув,

И тьмы я не обогатила.

Число Господних слуг все тоже ныне,

Как и число плененных сатаною.

Но я должна была свободной волей

Себя, как выкуп за другого, дать.

Он триста лет уже в аду томился.

Все, что по договору он имел

Томленье это превратило в щебень,

В ничто, в обман. Мне жалко стало душу,

При жизни испытавшую мученья.

Что грешников по смерти ожидают.

Мне так хотелось, чтоб уснул он с миром…

Теперь пора долги мои платить.


Василий

Эй, ты, вожатый, поводырь–противник,

Давай с тобой судиться за нее.


Поводырь

О чем судиться? Без суда все ясно.


Василий

В уплату за дарованные блага

Ты хочешь душу получить?


Поводырь

Конечно.

Согласна Анна, что мой счет исправен.

И в этом деле я купец, — не вор.


Василий (Анне)

Читай мне договор. Я все проверю.


Анна (читает)

"Ни золота, ни серебра"…


Василий

Так бедность

Оплачивается ценой огромной?


Анна

"Противна мне господства страсть"…


Василий

Смиренье.

Ты тоже ценил?


Анна

"Обещала Богу Плоть побороть"…


Василий

И умерщвленье плоти

Обложено тобой налогом тяжким?


Анна

"Отказ от долголетья"…


Василий

Мысли трудно

Понять, за что она платить должна.


Поводырь

Читай конец.


Анна

"За душу душу дам я.

Приму на веки вражий плен"…


Василий

Любовью

И жертвою торгуешь ты давно ли?

И право душу отдавать за душу

Распределяешь ты с какого срока?

Обманщик, лжец, убийца человека,

Купец бесчестный, — пустотой торгуешь.

Предательский твой договор пусть гибнет;

Я рву его, я рву его, — смотри.

(Василий как бы преображается.

Поводырь только теперь понял, кто перед ним).

Суд совершен. Оправдана ты, Анна.

Твоя душа теперь в моих объятьях

Подымается к небесному престолу.

(Анна умирает у него на руках.

В монастыре начинают звонить к ранней обедне.

Ангельские голоса сливаются с колокольным звоном).

Душа, душа на родину вернулась

Тельца упитанного заколоть

Наверное велит домохозяин.

И подарит ей драгоценный перстень


Ангелы (поют).

Ничтожную, телесную

Оставивши темницу,

На родину небесную

Должна ты возвратиться.

Враг, где твой меч губительный?

Змеиной пасти жало.

Где яд твой искусительный?

Душа венец стяжала,

И жертве искупительной

С любовью подражала.


Библиотека

Помоги ближнему...

Работа портала «Православие.By» осуществляется по благословению Высокопреосвященного митрополита Филарета, почетного Патриаршего Экзарха всея Беларуси. Сайт не является официальным приходским или церковным изданием. Белорусский православный информационный портал «Православие.By» ставит перед собой задачу показать пользователям интернета истинность, красоту и глубину Православия. Если вы хотите задать вопрос или высказать свое мнение по поводу сайта или статей, напишите нам, воспользовавшись почтовой формой. Обратная связь.

© 2003-2022 Православие.By - белорусский православный информационный портал. Мнение авторов материалов не всегда совпадает с мнением редакции.
При перепечатке ссылка на Православие.by обязательна.
Православное христианство.ru. Каталог православных ресурсов сети интернет